А. Подопригоров. "Прогулка в парке", видео, 2004

ВСЕ ТАМ БУДЕМ


Александр Попадин / Калининград, Россия


Кладбища - тема в Калининграде деликатная. Говорить о них, не преодолев тонкую грань чувствительного от неприличного, почти невозможно. Хотя бы потому, что кто-нибудь из наследников обязательно окажется обиженным. Начнёшь говорить - и немцы промолчат, но обиженно. Или начнёшь излагать, и наши, российские - возопят, - но также обиженно. И что, значит, раз так, то и не говорить?

Самый старый кладбищенский контингент города - это кёнигсбергжцы. Как всякий средневековый город, растущий за счёт своих окраин, Кёнигсберг чуть ли не на треть стоит на землях, на которых в ту или иную пору было кладбище. При каждой кирхе - кладбище, при каждом пригородном посёлочке - другое. Если суммировать живших и в землю легших, то почти четверть территории в пределах второго вального кольца города - кладбища. Как во всяком европейском городе, как в Париже, например. Обычное дело.

Но вот пришли новые хозяева этой земли, и в неустроенности своей стали - где подхоранивать к немецким усопшим своих (старое кладбище на пр. Мира, где, в конце концов, свежеусопшие вытеснили староусопших), а где просто игнорировать старые захоронения, не зная, что с ними делать, и превращать их в "фигуру умолчания" (этому способствовали и действия гробокопателей в конце 60-х гг. на окраинах Центрального Парка, ул. Дм. Донского).

Таких старых кладбищ на территории города было около полутора десятка. Редкий случай, когда кёнигсбергское захоронение частично возвращалось в своё качество (старое еврейское кладбище в начале ул. Невского и Гагарина, пройти от Королевских ворот через лесопарк налево к могиле Мендельсона). Обычнее, когда "фигура умолчания" или замещается новоприбывшими, или когда кладбище дичает, теряет статус и память места, и становится лесопарком между жилой застройкой (Аэропортная, и дюжина других адресов разной степени древности)…

Обвинять новых хозяев в намеренном озлоблении супротив мертвецов - язык не поворачивается. Во-первых, если формально, по советским законам кладбище таковым считается в течение 50 лет после последнего захоронения (по немецким законам - 30 лет). Так что юридически - лесополоса. Во-вторых, если посмотреть, как новые хозяева обустраивают свой отход в мир иной, то никаких слов не хватит ни в языке русском, ни в немецком, не говоря уж о польском или литовском…

Скорбная эта тема не выработала нейтрального языка, и даже сравнительный ряд (вот немецкие могилки, все аккуратные да пригожие, как жили, так и умерли... а вот наши, кто в лес, кто по дрова) не говорит ни в чью пользу… Излишний "орнунг" - нужен ли он живым, и нужен ли усопшим, хотя красив графически? Изначально аскетичная неорганизованность свежих могил на кладбище по Балтийскому шоссе - предмет ли сравнений и параллелей могильного ряда?

Не предмет. Как жили по-разному, так по-разному и лежат в могилках.

Одно роднит и первых, и вторых, и строки эти читающих: никто не избегнет участи сей.

Все там будем.


И. Исаев, Д. Демиденко. Фото из проекта "Клаузуры...", 2000-2005