ПРОГУЛКА ПО ЦЕНТРУ


Иван Чечот / Санкт-Петербург, Россия


Начальный, от пл. Победы, отрезок проспекта Мира, - это небольшой хорошо сохранившийся кусочек Кёнигсберга. Здесь все по-старому, от зданий до ширины дорожек и поребриков. Это место одновременно оживленное и тихое, официальное и камерное, как всегда бывает там, где сочетаются такие вещи, как библиотека, воинская часть и обычно закрытый днем театр. Этот бульвар назывался при немцах Ганза-ринг. Здание Административного и Земельного суда было построено в 1913 г. в стиле необарокко. В сегодняшнем Калининграде, где каждый фрагмент выступает в несколько смещенной, новой роли, оно выглядит почти как настоящий памятник XVIII века, не в последнюю очередь потому, что в советское время его стали красить в два цвета, подобно Зимнему дворцу К.Б.Растрелли в Ленинграде. Скульптурные детали, рога изобилия, путти почти пародийны в своей пышности. Внутри все сохранилось: старые кабинеты с тяжелыми дубовыми дверями, вестибюль и лестница с изогнутыми маршами; интересны асимметричные дворы с арками. Весь комплекс огромен и включает в себя еще и следственную тюрьму (ныне трибунал). К вечеру, когда солнце садится, особенно эффектен высокий фасад за деревьями в стиле первой четверти XVIII века, выходящий на ул.Ушакова. Справа к "барочному" зданию примыкает аскетический серый блок Калининградского технологического института, строительство которого было закончено в 1933 г., так же для суда. В этом здании тоже есть интересные интерьеры и детали (решетки, капители). Эффектно решено пространство вестибюля на высоких стройных столбах и лестницы, освещающейся через прямоугольный эркер. Его можно заметить в углу между старым и новым корпусами суда. Эта постройка - выразительнейший пример стиля "новая вещественность" с деталями в духе "ар деко" - пожалуй, один из самых мощных немецких акцентов в центре Калининграда.

Напротив, за деревьями, - горизонталь, четырехэтажный фронт домов 20-х годов: на левом углу - здание Остмаркенрундфунк, радиостудии Восточной Пруссии. Это чистая конструктивистская постройка 1933 - 1934 годов, никаких признаков стиля Третьего Рейха в ней еще нет, разве что на входе подпорный столб выполнен не из бетона или известняка, а представляет собой цельную глыбу полированного гранита (стоит рассмотреть). Радио появилось в городе в 1924 г. В историю оно вошло прежде всего благодаря своему оркестру, который возглавлял выдающийся пропагандист новой музыки Герман Шерхен. Он играл произведения Шенберга и Берга, Стравинского и Прокофьева. За фасадом находился большой концертный зал для звукозаписи, оборудованный и декорированный в соответствии с наивысшими требованиями техники и стиля. К сожалению, он утрачен. К зданию радио примыкают такие же плоские фасады соседних домов, в одном из которых находится простая, но изящная лестница с огромным зеркалом окна во всю высоту дома (выходит во двор). Далее под углом из-под веток каштановых деревьев открывается вид на бесконечные параллели ленточных окон Прусского государственного архива. Это великолепная постройка в стиле Баухаус (1930) принадлежит архитектору Роберту Либенталю. На углу здания расположен башнеобразный объем с винтовой лестницей (достаточно войти внутрь и поднять голову вверх, чтобы увидеть эффектную перспективу). Снаружи и внутри сохранились металлические детали, шпингалеты, расстекловка и пр. Небезынтересен и дворовый фасад с узкими прорезями лежачих окошек. Львиная доля наиболее ценных документов (а древнейшие документы хранились в дубовых ящичках еще орденского времени!) была вывезена в Берлин в 1944 г., пережила войну и хранится сегодня в Тайном госархиве Прусского культурного наследия. Городской архив Кёнигсберга почти полностью погиб, так как остался (по приказу гауляйтера Э. Коха) в старом здании университета на Кнайпхофе.

Напротив архива возвышается величественное здание Калининградского театра. Он розовый с белым, бросается в глаза своим все-таки слишком монументальным портиком. За ним уходит в тень приятная глубокая ниша, покрашенная в темный красно-терракотовый цвет с более светлыми деталями. Это сталинская архитектура 50-х годов, но совсем не плохая, - мне особенно нравится тонкая графическая декорация стен ниши и ее свода в духе ренессансного искусства XVI века (сделано под очевидным влиянием великого московского архитектора И. Жолтовского). Только обходя театр вокруг, внимательный наблюдатель сможет почувствовать двухслойность этой постройки. Высокая, чуть горделивая сценическая коробка, обработанная дорическими пилястрами, - довоенная, почти не изменилась; полукруглые выступы-экседры по бокам восходят к немецкой архитектуре; боковой портал, задний фасад и дверка в кафе, заключенная в монументальный "дорический" выступ-раму, - все это старое. Театр украшает пышный фриз с гирляндами и портретами русских писателей (Пушкин, Гоголь, Маяковский, Тургенев) и другие небанально прорисованные детали, маски. Это здание своей колоннадой вносит очень сильный русский и советский акцент здесь, где сохранилось так много старого. Однако этот классицизм читается здесь тоже однозначно, он уже был подготовлен до войны, и был он не только другой, но и до неразличимости схожий.

Наискосок от театра стоит еще один белый портик, на углу улицы Брамса (одно из немногих сохранившихся от прошлого названий). Сегодня за ним находится штаб балтфлота, он и воздвиг здесь по понятной и оправданной причине новый и, к сожалению, дурацкий памятник Петру "с хвостом", как у крокодила. Раньше в этом здании была Оберпостдирекцион - сидело почтовое начальство. Здание построили в 1918-19 годах (были, значит, деньги и силы, несмотря на беспорядки) в стиле палладианского казенного классицизма и очень напоминает постройки русского неоклассицизма 10-х годов. Разве что одна деталь - маленький прямоугольный портал, да еще пропорции цоколя и окон выдают немецкое происхождение всей постройки. Перед ней обратите внимание на великолепный пирамидальный дуб, настоящий шедевр природы-художницы. Он не стар и не молод, в самом расцвете своих бесконечных свежих сил. В Калининграде много замечательных деревьев, некоторые очень старые, конца XVIII века.


Ю. Васильев. Перформанс "Чердак признания". Фото Е.Уманского, 1999

Между зданием архива, в котором сегодня располагается библиотека, и театром на повороте стоит памятник Фридриху Шиллеру, чуть дальше большой круглый фонтан (см. о фонтанах у Попадина). Шиллер стоит на этом месте (с небольшим перерывом после войны, когда он был в Зоопарке) с 1936 года. Сначала памятник был установлен в 1910 г. на Параде-плац между университетом и старым оперным театром.

Театральная традиция Кёнигсберга очень значительна. Театр был основан в 1806 г., в самый тяжелый для Пруссии момент. Его директором в 1814-1815 годах был известный драматург и писатель Коцебу. С 1823 года им руководил Адольф Шредер, отец гениальной певицы Вильгельмины Шредер-Девриент. В 1830-х годах капельмейстером был сам Рихард Вагнер. В театре дирижировали Р.Штраус, Г.Пфитцнер, роль Гамлета играл знаменитый Адальберт Матковски. Это был театр как для оперы, так и для драмы. Уже в 1810 году на его сцене играли шиллеровского Вильгельма Телля, эта постановка имела несомненно политическое значение, была отмечена пафосом национально-освободительной борьбы против Наполеона. Шиллера ставили весь XIX век. В 1905 г. торжественно отмечали 100-летие со дня его смерти. В 1919 г. в театре играли "Фауста" Гете со всеми прологами, при этом роль Поэта исполнял актер в маске Шиллера.

Здание Калининградского театра представляет собой перестроенное после войны здание Нового драматического театра, или Луизен-театра. Последний был сначала театром оперетты, хотя в 1901 г. в нем поставили скандально-революционных "Ткачей" Гауптмана (по особому разрешению). Здание было построено в 1911-12 годах Кёнигсбергским архитектором Отто Вальтером Кукуком (1871 - 1942). Между прочим, по его проекту возведены известные всем туристам башня и круглая купальня (ныне санаторий) в центре Светлогорска. В 1924 г. театр был приобретен в городскую казну, в него въехал успешный Новый драматический театр, прогремевший на всю Германию как современная камерная сцена под руководством интендантов Леопольда и Фрица Йесснеров (до 1933 г.) На его сцене постоянно выступал гениальный актер экспрессионистического поколения, кёнигсбержец Пауль Вегенер (исполнитель роли доктора Каллигари в одноименном фильме). На фасаде театра имелась надпись-цитата из Шиллера, которую выбрал замечательный деятель культуры и образования Пауль Штеттинер (он покончил жизнь самоубийством в 1941 г., отказавшись носить желтую звезду). Слова поэта гласили: "Вечно юной бывает только фантазия - Ewig jung ist nur die Phantasie". Шиллер как "немецкий Шекспир" занимал в репертуаре театра принципиальное место. В 1935 г. театр поставил "Орлеанскую деву" во дворе замка. Национал-социализм также ориентировался в своей театральной политике на Шиллера, давая ему гиперболизированно национальную интерпретацию. Культ Шиллера 30-годов был увенчан переносом статуи Станислава Кауера на площадь перед зданием театра.

Шиллер никогда не был в Кёнигсберге, но мысли поэта и ученого, каким он был, были постоянно устремлены туда, где жил его философский учитель и идеал - Кант. В особенности в области эстетики он являлся прямым наследником Канта. Памятники Шиллеру устанавливали в XIX веке по всей Германии. Самые знаменитые стоят в Берлине (Р. Бегас) перед театром на Жандармском рынке и в Веймаре, вместе с Гете, перед Национальным театром. Памятник работы Карла Кауера, дяди Станислава, находится в Маннгейме, одной из театральных столиц Германии. Маннгеймский и берлинский монуметы относятся к эпохе грюндерства, это немного стилизованные под 18 в. вялые академические статуи. Кёнигсбергский Шиллер из иной эпохи, когда в его искусстве и во всем образе Шиллера-человека искали не столько романтизм, сколько экспрессивность, экзистенциальную напряженность и высокий интеллектуализм. Он более строгий, суровый, неоклассический, отдаленно, особенно головой, напоминает произведения выдающегося штуттгартского скульптора Даннекера, современника поэта. Мне особенно нравятся его ноги-лыжи 45 размера и тяжело свисающий плащ. Легко опознается и запоминается нос, обтянутое кожей, словно опаленное аскетическое лицо одержимого гениальными внушениями поэта. Кое-где видны плохо заделанные дырки от пуль. Постамент изначальный, неоклассический.

Мне неизвестна послевоенная судьба Шиллера, советского Шиллера в Калининграде. Ставились ли его пьесы, издавались ли переводы, писались ли статьи и диссертации, когда возлагали к подножию памятника цветы? Этой весной европейская культура опять вспомнит Шиллера. Исполняется 200 лет со дня его смерти. Драмы Шиллера ничуть не устарели и интригуют современных режиссеров не меньше, чем сто лет назад. Но у нас память Шиллера накроет тень и ослепит свет Победы - ведь он умер 9 мая 1805 года.


Ю. Васильев. Перформанс "Чердак признания". Фото Е.Уманского, 1999