От редакции
ПРЕДИСЛОВИЕ

ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ
Александр Сологубов
КУЛЬТУРА В "ЧУЖОМ ПРОСТРАНСТВЕ": В КАЧЕСТВЕ ВВЕДЕНИЯ

Иван Чечот
ГЕНИЮ МЕСТА КАЛИНИНГРАДА И КЁНИГСБЕРГА

Вольфганг Айхведе
КАЛИНИНГРАД В 2020 ГОДУ - НЕ СОВСЕМ ВЫМЫШЛЕННАЯ ИСТОРИЯ

Александр Сологубов
ПУНКТ НАЗНАЧЕНИЯ - КАЛИНИНГРАД

РАЗГОВОРНИК
Александр Сологубов
ИЗ КАЛИНИНГРАДСКОГО СЛОВАРЯ

КАРТА ГОРОДА
Анатолий Бахтин
неКРАСИВЫЙ КЁНИГСБЕРГ

Елена Гладкова
FORMA URBIS. СИМВОЛИЧЕСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ

Валерий Орлов
IN OR OUT

ЮЖНЫЙ ВОКЗАЛ
Иван Чечот
ВОКЗАЛ И ВХОД В ГОРОД КАЛИНИНГРАД

ПЕРЕКРЕСТКИ
Александр Попадин
БИНАРНЫЕ СОСТОЯНИЯ ГОРОДА К

Евгений Уманский, Karpenko-Karpenko
КАТЯНАСТЯ

В ЦЕНТРЕ
Андрей Монастырский, Сабина Хэнсген
ПУСТОЙ ЦЕНТР К.

Павел Настин
ДВОР-КОЛОДЕЦ ПУТИ СООБЩЕНИЯ

Артем Адвокат
ГРАФФИТИ

Елена Цветаева
FOLK GRAFFITI

Марек Володько
ВСЛЕД ЗА БЕЗМОЛВНЫМИ СЛОВАМИ

FA+ (Ингрид Фальк и Густаво Агуэрре)
МИФИЧЕСКИЙ ФУНДАМЕНТ КАЛИНИНГРАДА

Александр Сологубов
МИКРОТОПОНИМЫ

ФИГУРА УМОЛЧАНИЯ - ОСТРОВ КНАЙПХОФ
Александр Сологубов
КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР

Александр Попадин
НАВЕДЕНИЕ МОСТОВ

Иван Чечот
МОСТЫ И "ЗАПАХ ПРЕГЕЛЯ"

Джон (Крейг) Фримен, Грегори Ульмер
ВООБРАЖАЕМЫЙ КАЛИНИНГРАД: СЕМЬ МОСТОВ КЁНИГСБЕРГА

STOA KANTIANA
Анатолий Бахтин
ЗАБЫТЫЙ КАНТ И КАНТ-БРЭНД В КЁНИГСБЕРГЕ

Александр Сологубов
КАНТ

Ольга Лопухова
МОГИЛА КАНТА

Эрика Вольф
НЕВЕСТЫ КАНТА. ФОТО-ХРОНОТОП В ЖАНРЕ РЕДИ МЕЙД

Иван Чечот
СОБОР И КАНТ ДЛЯ ВСЕХ, ИЛИ СТРАШЕН ЛИ БОГ БЕЗ МОРАЛИ

ЗАМОК СОВЕТОВ
Александр Сологубов
КОРОЛЕВСКИЙ ЗАМОК

Игорь Захаров-Росс
ВИННЫЙ ПОГРЕБ

Дали Руст
БЕЛАЯ ЧАЙКА НАД ГОРОДОМ. СИМВОЛ СТАРОГО НОВОГО ГОРОДА

Джоанна Сэнделл
СЛЕДУЯ ЗА ГРЕЗОЙ

РАКЕТА
ОСВЕЩЕННЫЙ ДОМ СОВЕТОВ

Александр Сологубов
ДОМ СОВЕТОВ

НЕМЦЫ
Илья Дементьев
ГЛУБОЧАЙШАЯ ТАЙНА ОДНОГО КЁНИГСБЕРГСКОГО ЮРИСТА. ГОФМАН

КудаБегутСобаки
ЛЕГЕНДА О ПЯТИ МАЛЕНЬКИХ УЛЬРИХЕН И ПАРОМЩИКЕ АНДРЕ

Петер Вунш
КЁНИГСБЕРГ-КАЛИНИНГРАД. ВКУС МАРЦИПАНА

Александр Сологубов
СТРАНА ПЕНСИОНЕРОВ, ИЛИ НЕМЦЫ

Мартин Хюттель
КВЕРЦ

МОСКОВСКАЯ ПЕРСПЕКТИВА
Ольга Сезнева
БЕТОННЫЕ КОНСТРУКЦИИ КАЛИНИНГРАДА

Агнешка Володько
ЖИЛЫЕ ЕДИНИЦЫ

Вернер Меллер
ГОРОД САМЫХ СМЕЛЫХ ФАНТАЗИЙ

Олег Васютин
ГРАДОСТРОИТЕЛЬНАЯ МАТЕМАТИКА

Марк Борозна
МОСКОВСКИЙ ПРОСПЕКТ & ТЕНИ В РАЙОНЕ АЛЬТШТАДТА

НАША БАШНЯ
Иван Чечот
КРОНПРИНЦ

Елена Цветаева
БАШНЯ-РЕДАН КРОНПРИНЦ

Башня Кронпринц. Проекты студентов Архитектурного факультета Технического университета г. Брауншвайга (Германия) для Государственного центра современного искусства
НАШЕ ВСЕ
Александр Сологубов
ЯНТАРЬ

Александр Сологубов
СПИРТНЫЕ НАПИТКИ

Иван Чечот
ЯНТАРНАЯ КОМНАТА

БАСТИОНЫ
Авенир Овсянов
БАСТИОНЫ В АЛМАЗАХ И ИЗУМРУДАХ

Ростан Тавасиев
КИРПИЧИКИ

РЫНОК
Иван Чечот
ДОМ ТЕХНИКИ: ВОССОЗДАНИЕ И ЭКСПЛУАТАЦИЯ НАСЛЕДИЯ

V.I.P. (Very Interesting Person)
Елена Цветаева
СЕРГЕЙ ТИМОФЕЕВИЧ

ЛОБНОЕ МЕСТО
Берт Хоппе
СЛЕДЫ ВИРТУАЛЬНОЙ ИСТОРИИ В СОВЕРШЕННО РЕАЛЬНОМ ГОРОДЕ

ХХС РПЦ
Александр Сологубов
КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР ХРИСТА СПАСИТЕЛЯ

ТРАМВАЙ
Александр Сологубов
ЖИЗНЬ И ЯЙЦА (зарисовка о трамвае)

SKART
СЧАСТЛИВЫЙ БИЛЕТ

МЕСТО ВСТРЕЧИ
Александр Попадин
БЫКИ

Иван Чечот
ФОНТАН ГАУЛЯ

Иван Чечот
ПРОГУЛКА ПО ЦЕНТРУ

Александр Попадин
В СТРУЕ (сезон фонтанов)

Александр Попадин
ДЕВЯТКА

Елена Цыганкова
ДИКИЙ ЗАПАД РОССИИ

ZOO
Ирина Кожевникова
ЗООПАРК

Ингеборг Штрёбль
ЖИВОТНЫЕ В КАЛИНИНГРАДЕ И ОДНА МОЗАИКА

Елена Цветаева
КОШКИ КЁНИГСБЕРГА

MEMENTO MORE
Авенир Овсянов
ДУХОВНОЕ НАСЛЕДИЕ КЁНИГСБЕРГА В ТОННАХ, ШТУКАХ И МЕШКАХ. Из истории потерянных и найденных памятников культуры

Александр Сологубов
ПАРК КАЛИНИНА

Александр Попадин
ВСЕ ТАМ БУДЕМ

Александр Сологубов
ПАМЯТНИКИ

Ирина Кожевникова
ПАМЯТНИК 1200 ГВАРДЕЙЦАМ В КАЛИНИНГРАДЕ

Роджер Палмер
КРАТКИЕ ХРОНИКИ

МАТЕРИЯ И ДУХ
Александр Сологубов
МИСТИКА

Александр Попадин
ОТРЫВКИ ИЗ СИМФОНИИ ДЛЯ МЕДЛЕННОГО ЧТЕНИЯ "ИВАНОВ И ЕГО ОКРЕСТНОСТИ"

Евгений Уманский
ЧЕРДАК ПРИЗНАНИЯ

Александр Сологубов
ПЕЧКИ

Дмитрий Вышемирский
СКУЛЬПТУРА "ЖЕНЩИНА И МУЖЧИНА"

Лана Вышемирская
СКУЛЬПТУРА "ДЕВУШКА"

НА УЛИЦЕ
Евгений Уманский
ХАНУКА

Александр Попадин
ПО ДОРОГЕ, ПО БРУСЧАТКЕ…

Игорь Исаев, Дмитрий Демиденко
КАНАЛИЗАЦИОННЫЕ ЛЮКИ

Александр Попадин
ПУТЬ ГИДРАНТА

Ирина Кожевникова
ТРАДИЦИИ

Калле Бролин, Кристина Мюнтцинг
ПОТЕНЦИАЛЬНОЕ МЕСТО

Александр Попадин
ВОДОПАД "БОЛТ ГЕРАКЛА"

V.I.P. (Very Interesting Person)
Мануэла
НАТАША ПОТЕРЯШИНА. Интервью

АТМОСФЕРА
Александр Сологубов
НАСТРОЕНИЕ ЧЕМОДАННОЕ

Александр Попадин
ВСЕПОГОДНЫЕ КАЛИНИНГРАДЦЫ

Дмитрий Булатов, Павел Савельев
АЦЕФАЛ. ОПТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ

Марк Борозна
ЗАЖЖЕМ ХРУСТАЛЬ КАЛИНИНГРАДА

ГАВАНЬ
Евгений Казанник
ПОРТ

Александр Пономарев
ВОРОТА

ОКРАИНЫ
Авенир Овсянов
МОСТ, КОТОРЫЙ "РУССКИЕ ТАК И НЕ СМОГЛИ СВЕСТИ"

Елена Цветаева
БЕРЛИНКА: ОТ ЭПИЧЕСКОГО ДО БАНАЛЬНОГО. Интервью с Валерием Бугровым

Александр Попадин
МЕЖЕВЫЕ КАМНИ И ПОГРАНИЧНЫЕ СИМВОЛЫ

Александр Попадин
МОСКВИЧИ ВИСЯТ

Андерс Крюгер
ДО ГОРОДА




ГОРОД САМЫХ СМЕЛЫХ ФАНТАЗИЙ


Вернер Меллер / Лейпциг, Германия


Все мы должны принять как данное неоднозначность современной эпохи

(Салман Рушди)


Война, налеты, разрушения, капитуляция, ненависть, депортация, массовое переселение, закрытая зона, эксклав, изоляция. Путеводитель, зазывающий читателя совершить воображаемое путешествие по "Кёнигсбергу до 1944 года", будет неполон без упоминания об этих роковых событиях, формировавших в течение последних 60-ти лет облик современного Калининграда. Уцелевшие островки старого центра вкупе с историческими данными и хрониками дали богатый материал для кино- и прочих картин, иллюстрирующих культурную самобытность этого древнего города. На фоне скупого "соцреализма" в архитектуре и городском планировании нового времени - многие связывают его с понятием "запустение" - сцены прошлой жизни повергают зрителя в глубокую меланхолию. Особенно тяжела она для искателей следов прежнего города - бывших кенигсбержцев и современных калининградцев, у которых это чувство усиливается еще и личными переживаниями. Их связывает общий предмет поиска, но интересы у них принципиально разные. Одни, впервые после открытия области в 1991 году, получили возможность вернуться на утраченную родину, в дом своих предков. И они возвращаются к истокам своей персональной истории, чтобы отыскать здесь то, что сохранила их память. Для других - потомков послевоенных переселенцев со всего Советского Союза - доступ к историческим документам был закрыт идеологической цензурой, сдавшей свои позиции лишь после отмены статуса закрытой зоны. И увлеченное погружение калининградцев в историю края, прежде от них скрываемую, тут же заставило их по-новому взглянуть на самих себя - в этом таком родном и вдруг таком чужом городе.

Эти три момента - запущенность города в советскую эпоху, поиски следов разрушенного Кёнигсберга бывшими жителями Восточной Пруссии и такие же поиски, но уже по другим причинам, со стороны современных калининградцев, - приводя к мыслям об утраченном облике города, не только навевают грусть, но и затрагивают вопросы морали. А именно - глобальный вопрос о сведении счетов с XX веком и об эстетическом преобразовании зданий былых времен.

Однако какой путь здесь следует выбрать? На полное уничтожение архитектурных элементов современной эпохи, начиная с середины XX века, вряд ли хватит денежных средств. К тому же подобный проект разрушения ничем, по сути, не отличался бы от категоричного, и часто справедливо критикуемого, модернистского требования исторической tabula rasa.

Критическое отношение к прошлому ставит вопрос и о том, следует ли обращаться столь же радикальным образом с XIX веком и с предыдущими столетиями? XIX век, помимо всего прочего, явил нам жилые кварталы, которые сегодня многим кажутся привлекательными и вполне уместными, и проложил по древнему городу железные дороги - предвестники современной эпохи. Не следует забывать и о тех обширных изменениях, которые веками вносили в городскую структуру военные объекты или средства пожаротушения. По существу, этот город, стремясь, как и все прочие города, к изобилию и безопасности, всегда пребывал в состоянии конкуренции и непрерывной модернизации. Остановка могла обречь его на ничтожность, а то и на гибель. На мой взгляд, все это лишний раз - уже на крайних примерах из жизни современного Калининграда - показывает, сколь огромна ответственность, лежащая на авторах путеводителей для широкой публики, этих творцах общественного мнения. Если усмотреть в поиске новой идентичности этого города одну из сторон его модернизации и изменений в общественном сознании его жителей, то неотъемлемой частью этих процессов, безусловно, должно стать развитие подхода к истории города. Не столько, впрочем, в смысле меланхолических призывов вернуть милые сердцу приметы старины, сколько - в плане конструктивной дискуссии о том, какой вообще должна быть городская жизнь в XXI веке. Что, скажем, дало бы Калининграду восстановление Замка с прилегающей к нему территорией (бывшего Schlossbezirk'а)? Чем бы стал расположенный сейчас на этом месте рынок, если его каким-то образом срастить с восстановленным Замком и достроенным Домом Советов, - ансамблем строений, предназначенных для шоппинга и увеселений, развлекательным центром? А подобная реконструкция и перенастройка почтенного Замка в торговый центр - привнесла бы она в местную идентичность новое качество и сделала бы город, а также размышление о его истории, интересным?

Этот вопрос не следует считать ни риторическим, ни полемическим, стоит взглянуть на него в свете дискуссий, ведущихся в Германии несколько последних лет. В центре Брауншвейга затеяли восстановление корпуса старого замка, разрушенного в войну и разобранного в 1960 году, чтобы сделать из него оболочку для нового торгового центра в старой части города. Во Франкфурте-на-Майне ведутся переговоры по поводу восстановления Дворца Турн унд Таксис (который тоже был практически полностью разрушен во время войны) - он должен служить входом в крупнейший в Германии торговый центр и стоять в окружении высоток нового поколения. Не интереснее ли было бы сохранить память о таких утраченных объектах просто в виде толково составленной документации по их истории? Пространство, в котором нельзя более оказаться - воображаемое пространство - имеет одно замечательное свойство: оно дает мощный стимул для занятий утерянными сокровищами архитектуры и городского дизайна и предоставляет редкую возможность проследить последствия утраты - ее причин, ее переживания, смирения с ней, наконец.

В какой степени целостность исторического опыта нарушается в условиях, заданных повседневным использованием вновь отстроенного, реконструированного здания? По мне, вживление в городскую ткань цитат из иных исторических и урбанистических контекстов - вещи одинаково сомнительные. Зачем, например, Бангкоку в его центральном районе дворцов и храмов понадобился бульвар - точная копия парижских Елисейских полей, и к чему в Калининграде парижская же Площадь Согласия взамен памятника Ленину? Для города, который ищет свой образ, свою самобытность в современных условиях глобализации, показательно увлечение всякими дворцами, замками, площадями, парками и аллеями. Но раз уж такое томление по "гламурному", идеализированному прошлому непреодолимо, то нужно набраться смелости и вдохновения для возведения собственных замков и будущих красот вместо того, чтобы рядить пространство в одежки реконструкций или копий. В конце концов, это всего лишь кальки, снятые с исторического прошлого данного места или же с других мест на Земле.

В ноябре 2003 года на конференции, посвященной будущему Калининграда как европейского города, пожилой калининградец рассказал о своем отношении к городу. Он поднял в связи с этим ряд интереснейших вопросов, в том числе и относительно бывшей Замковой площади. С одной стороны, есть желание увидеть восстановленный замок. С другой стороны, прежнее неприятие Дома Советов - "любовно" прозванного в народе "Монстром" - со временем перешло в отношение к нему как к городскому ориентиру. С просьбой завершить это строительство был, тем не менее, неразрывно связан его вопрос о том, какого рода реконструкцию следует предпринять? Собственное соседство с Домом Советов было для этого человека такой же проблемой, как и непомерная стоимость его реконструкции. И он предложил мудрое, поистине Соломоново решение: восстановить часть замка в самых простых материалах, в качестве памятника. Столь же любопытным, как этот подход к разным историческим слоям городского развития в районе Замковой площади, было его отношение к наследству Советской эпохи. Он горячо приветствовал расширение свободных пространств - последствий военной разрухи и советской планировки, например, по берегам нижней части Замкового пруда, некогда плотно застроенным, видя в этом приближение к "уютному городу".

Из его доклада и своих собственных наблюдений я заключил, прежде всего, следующее. Дикая раздробленность городского пространства, с его всегда неожиданным противостоянием исторических веяний и незавершенных крупных строек советских времен, открывает прекрасные перспективы для новых подходов к теме восстановления Кёнигсберга/Калининграда.


Перевод с английского Сергея Михайлова


Воображаемая реконструкция пространства - дворец с бульваром, парковая зона над рекой Прегель и вид из Кройцкирхи. Идея: В. Меллер, коллаж: Р. Вейсбарт, 2005


версия для печати | [ENGLISH] | [ПО АЛФАВИТУ] | [НА ГЛАВНУЮ] | [КФ ГЦСИ]